Сокровищница британской королевской семьи хранит немало роскошных украшений: чего стоят только «Владимирская тиара» и диадема с аквамаринами Елизаветы II. Однако самые ценные экземпляры — не по весу камней, но с точки зрения истории — определенно принадлежали прабабушке Елизаветы, королеве Виктории.
Ее возлюбленный принц Альберт не только осыпал супругу ювелирными подарками, но и сам занимался их дизайном, пряча в каждом новом творении понятные только ему и Виктории символы.Одним из таких подарков стала тиара из золота и серебра с сапфирами (синий — любимый цвет Альберта) и бриллиантами, которую выполнил ювелир Джозеф Китчинг. Эскиз Альберта основывался на гербе Саксонии: до женитьбы на королеве он носил титул принца саксонского из Саксен-Кобург-Готской династии. Тиара должна была дополнять брошь из сапфиров и бриллиантов, которую молодая королева получила накануне свадьбы. Позже пару им составили серьги и браслет с тем же сочетанием драгоценных камней.
Принц преподнес тиару приблизительно в июле 1842 года. На это указывает тот факт, что позже в том же году она позировала в ней на своем самом знаменитом портрете авторства Франца Ксавьера Винтерхальтера, который позже был разослан по всему миру. На картине Виктория изображена в жемчужно-белом платье, ее волосы убраны в низкий пучок. Прическу поддерживает диадема, которая — здесь стоит оценить дизайнерскую фантазию Альберта — могла смыкаться в маленькую корону, а могла расправляться в венец.
Украшение состоит из небольших звеньев: благодаря бриллиантовой инкрустации их стык практически незаметен, и кажется, будто украшение с 11 внушительными сапфирами мягко гнется в руках.После смерти мужа в 1861 году королева почти никогда больше не носила крупные украшения, но сапфировая тиара осталась ее любимой. Именно ее она надела на открытие Парламента — свое первое появление на публике в статусе вдовы. Ее чепец, вместо «официальной» короны венчала вновь сомкнутая в кольцо тиара, и именно в таком образе ее запечатлел Генри Ричард Грейвз на портрете 1874 года.
Тиару унаследовали потомки королевы. Внук Виктории, король Георг V, подарил драгоценность своей старшей дочери принцессе Марии, а замужестве Хэрвуд. Ее фотографии в тиаре еще раз свидетельствуют о дальновидности Альберта. Мария носила тиару уже по моде 1920-х годов, в виде бандо, опущенного низко на лоб. Похожим образом надела тиару на свадьбу невеста одного из потомков Марии в 1992 году.
С конца 90-х тиара то и дело появлялась в светской хронике и выставлялась по всему миру, пока не была продана за рубеж. Когда стало известно о том, что национальное сокровище покинет туманный Альбион, поднялся настоящий скандал. К счастью, предприниматель Уиллиам Боллингер выкупил украшение за $6 миллионов и передал в дар лондонскому Музею Виктории и Альберта, где ей действительно и положено быть.
